Юлианна Караулова: «Будущее не за шансоном»

Юлианна Караулова: «Будущее не за шансоном»


Как поп-артистка стала журналисткой, готовя «запасной аэродром»


сегодня в 17:48, просмотров: 112

История одной из претенденток на победу в номинации «Поп» премии ZD Awards-2018 немного похожа на сказку про Золушку. С той лишь разницей, что Юлианна Караулова стала сама себе и феей-крестной, и принцем. Конечно, в ее судьбе в свое время поучаствовала Алла Пугачева, возглавлявшая «Фабрику звезд», позже — Макс Фадеев, создавший группу «Нэцке», где Караулова была солисткой, но все-таки она певица self-made, умеющая трудиться и добиваться результата. Хотя артистка призналась в интервью «ЗД», что всему этому славному пути предшествовало немало сомнений…

Юлианна Караулова: «Будущее не за шансоном»

фото: Наталья Мущинкина

— Юлианна, обращаясь к номинации, в которой вы оказались в числе лидеров, что такое современная поп-музыка для вас?

— Чистых жанров ни в российской, ни в зарубежной музыке уже давно не осталось. Все очень эклектично, стили смешиваются. Современная сцена — это уже даже не поп-музыка, какой она была пять лет назад. Сегодня самое популярное направление — это хип-хоп, поднявшийся из андеграунда на большую сцену. Актуальное звучание — это грувы и биты. Что будет еще через пять лет, сложно предсказать: все очень стремительно меняется. Еще лет десять назад многие говорили, что в нашей стране будущее за шансоном. Но благо получилось иначе.

— Насколько важен фактор т.н. массового вкуса и как он формируется, на ваш взгляд?

— Слушателям интересна мультистилистическая музыка, и на нее возникает спрос. Конечно, такие определения, как поп-музыкант, рок-музыкант, остались, но они уже больше связаны не с жанром, а со сценической, имиджевой подачей, позиционированием артиста, иногда с его бэкграундом. Тем не менее молодежи все еще важны подобные обозначения, для некоторых это принципиальная позиция. Тинейджеры разграничивают: вот это «зашквар», а это нет. И в большей степени это связано не с музыкой как таковой.

— Успех — это больше про везение или про трудолюбие?

— Я, безусловно, считаю себя удачливой, но успех — это всегда совокупность факторов. Конечно, тебе должно в какой-то момент везти, но, если ты при этом будешь сидеть сложа руки, ничего не получится. Даже таланта недостаточно. Он должен быть помножен на трудолюбие, упорство, адекватное отношение к себе и к людям. Последнее очень важно. Я знаю огромное количество примеров, когда у людей не получалось, потому что у них был сложный характер и мало кто мог сработаться, ужиться с ними.

— Какие подводные камни поджидают восходящую звезду?

— Сложности условны. Все тяжело настолько, насколько ты это воспринимаешь. В любой профессии есть свои тонкости, сложности, узкие места. Я никогда не относилась к подобным ситуациям как к преградам, критическим моментам. Для меня это всего лишь некие «квесты», которые нужно пройти, часть естественного пути. Я стараюсь так воспринимать происходящее, не видеть в нем никакой негативной коннотации, чтобы это никоим образом не влияло на мой настрой.

— Вы рано начали петь, вышли на сцену. «Стать артисткой» — было осознанной изначальной целью или вы были готовы к разным жизненным сценариям?

— Я всегда хотела петь, но я почему-то думала, что это несбыточная мечта, что у меня ничего не получится. Не то чтобы я не верила в себя, но, наверное, как и огромное количество людей, была убеждена, что просто так попасть на сцену и на телевидение невозможно. Мне казалось, что все это очень сложно, и если огромному количеству людей, возможно, даже более талантливых, чем я, не повезло, то почему должно повезти мне? Я никогда раньше не относилась к пению всерьез, как к основной профессии, но на самом деле всегда мечтала этим заниматься. Я училась, занималась вокалом, но, будучи достаточно приземленным человеком, осознавала — наверное, стоит выбрать себе какую-то более реальную профессию, более основательную, которая сможет обеспечить меня в будущем.

— И подались на «Фабрику звезд»…

— Именно. У меня тогда было ощущение, что я попала в абсолютно другой мир. Мне вообще казалось, что это какая-то ошибка, результаты перепутали, взяли на самом деле не меня, все это временно (смеется), а потом мне скажут «извините, вы не проходите дальше». До последнего я не верила, что все случится. Конечно, мне очень хотелось победить, но я даже не рассчитывала дойти до финала. Просто оказаться на этом проекте было прекрасно.

— Что дал опыт сотрудничества с Максом Фадеевым?

— Я очень благодарна ему, он многому меня научил. Если бы не он, я бы никогда, скорее всего, не поверила в себя до конца. Он был первым, кто расправил мне крылья, и показал мне, какой я могу быть. Именно это стало настоящей отправной точкой, после которой началось активное движение вперед. Не случись этого тандема, возможно, профессии певицы в моей жизни бы не было.

— В группу 5sta Family вы пришли на смену солистке Лои. Насколько сложно было вживаться в уже сложившийся и к тому моменту известный коллектив?

— С одной стороны, это было здорово и радостно. Я всегда хотела петь в группе именно такого формата, мне нравилась такая музыка, и мне казалось — это очень круто, когда с тобой в команде выступают два парня. С другой стороны, было сложно, потому что я пришла в коллектив со своей историей, своей армией поклонников, полюбивших предыдущую солистку, которая, конечно, являлась его лицом. Когда она ушла, я понимала, что мне придется столкнуться с достаточно большим количеством негатива и неприятия, так как у людей есть сложившееся впечатление о группе, о ее голосе. Я прекрасно осознавала, что меня будут сравнивать, и поскольку у людей за все время существования 5sta Family выработалась сильная привычка, привязанность к тому, кого они слышат и видят, сравнения будут, возможно, не в мою пользу. К тому же мы с Лоей очень разные — и по внешности, и по тембру. В общем, негатива в самом начале этого пути действительно было очень много, но в том числе благодаря поддержке ребят из группы мне удалось пройти этот психологический тест. Слава богу, я это пережила.

— Вы успели поработать редактором журнала и телеведущей. Журналистика была инструментом продвижения себя как артистки или отдельной историей?

— Скажем так, это был запасной аэродром. Размышляя о том, что мне нужна более серьезная профессия, я изначально задумывалась о журналистике. Это то, что я умела и любила делать. В какой-то момент я поняла, что мне нужно идти работать, в том числе чтобы оплачивать свое образование, и выбор был достаточно очевиден. На тот момент это было то направление, в котором я могла устроиться, чувствовала себя комфортно. Мне было действительно интересно. Хотя я работала в редакции, я совершенно не офисный человек, мне постоянно нужны были какие-то творческие задачи, экшн, я не люблю сидеть на месте. Работая журналистом, я получала все эти эмоции.

— Одну из ваших первых сольных песен «Ты не такой» написала для вас Бьянка. Как вы с ней познакомились?

— Как обычно — на одной из светских тусовок. Это было, еще когда я пела в группе. Мы сразу нашли общий язык, разговорились. Ты ведь сразу чувствуешь, когда человек «твой» и тебе легко с ним. Какое-то время мы переписывались и созванивались, общались на мероприятиях, потом сходили друг к другу в гости… Как-то так все и сложилось.

— Тусовка — сложная среда. У вас много друзей среди коллег? Интересен ли вам кто-то музыкально?

— Огромное количество людей. Я считаю, у нас сейчас очень много талантливых артистов, и с каждым годом их становится все больше, потому что уровень конкуренции, слава богу, возрастает и мы все активнее ориентируемся на Запад с профессиональной точки зрения. Это важно и приятно. Мы по-прежнему близко общаемся с Бьянкой, сейчас очень подружились с Олей Серябкиной. У меня в принципе нет такого, чтобы с кем-то были натянутые отношения, просто артистическая деятельность не всегда позволяет часто видеться, проводить время вместе. С графиками у всех все сложно. А так мы дружим и с IOWA, и с группой «Марсель», и с Елкой, и со многими другими.

— Как вам кажется, можно ли сегодня сравнивать российскую поп-сцену с зарубежной, раз вы сами заговорили об «ориентации на Запад»?

— В отдельно взятых случаях да, можно сравнивать, но не тотально. У нас, конечно, есть артисты, которые могут выступать на мировом уровне. Это не может не радовать. Здорово, что они задают некую планку, к которой уже подтягиваются все остальные. Не могу сказать, что вся наша музыкальная сцена соответствует зарубежному уровню, но позитивные тенденции очень заметны. Но и на Западе тоже не все так ровно. Мы же видим только верхушку айсберга…

— Говоря о планке, какие у вас были ориентиры в музыке?

— Как и многие девочки того времени, я слушала Уитни Хьюстон, ритм-н-блюз, соул… В основном, конечно, западных исполнителей. Наша музыкальная культура того времени была мне не очень близка.

— Сегодня девочки восхищаются Twenty One Pilots и Арианой Гранде. Вам близки какие-то новые герои или все-таки чувствуется разрыв поколений?

— Плюс-минус все возвращается. Сейчас один из трендов — возвращение к 90-м, условный минимализм в музыке. Понятно, что он представлен не так, как тогда, адаптирован к уровню современного звучания. В целом, мне кажется, все циклично. Возможно, совсем скоро вернется мода на рок и это направление снова будет остроактуальным. А современные артисты, имена которых вы называете, это голос времени, своего поколения. Естественно, что оно другое, и это здорово. Иначе было бы как минимум странно.

— Что у вас сейчас звучит в плеере? Если, конечно, время слушать чужую музыку остается…

— Я, конечно же, мониторю, что происходит на нашем и западном рынке. Я слушаю огромное количество музыки с крупнейших интернет-витрин, в том числе, кстати, последний альбом Арианы Гранде… Мне нравится и электронная, и инди-музыка, у меня достаточно разнообразные вкусы.

— По заветам знаменитой песни Лепса и Тимати, вы не только уехали, но и пожили в Лондоне. Какое это было время для вас?

— В тот момент я думала остаться там жить, получить второе образование, поэтому объездила практически все крупные вузы, дни открытых дверей, училась в летней школе в Институте искусства, позже — в Лондонской школе экономики (где мне, честно говоря, было скучновато). Потом я решила вернуться в Москву, потому что хотела все-таки попробовать себя в музыке и находиться при этом в российской медиаиндустрии. Если бы я осталась в Лондоне, все было бы совсем по-другому. В итоге я абсолютно ни о чем не жалею.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code